|
|
|
 |
||
| Н А Ш К О М М Е Н Т А Р И Й |
|
||
|
||||
Лет пять назад в градостроительных кругах Одессы возникло мнение о том, что без генерального плана развития города можно либо обойтись, либо попробовать скорректировать его «снизу» - мол, он станет таким, «какой сможет или захочет освоить наш молодой и набирающий силу капитализм» (Журнал «А.С.С. Реестр. Юг. Одесса, № 1, 2001). Плоды этих новаций мы сейчас видим своими глазами: каждый строит как хочет и где хочет. Вот вам и капитализм – молодой, конечно, но сильно недоразвитый. Последний генплан, разработанный в 1989 году, устарел быстрее, чем его утвердили. Но работать без плана – все равно, что работать без проекта: попробуйте так что-нибудь построить. Проект Генерального плана развития Одессы, над которым трудятся специалисты киевского НИИ «Гипроград», призван стать путеводной звездой для одесских градостроителей на ближайшие 20 лет. Городские власти обещают утвердить генплан до конца нынешнего года. Вдохновит ли строителей и архитекторов принятие этого судьбоносного документа на создание беспримерных архитектурных шедевров, неизвестно. Основополагающая мысль генплана - качественно улучшить жизнь города, рационально упорядочить ее, а, главное, сохранить неповторимый архитектурный ансамбль Одессы. Пока же город продолжает строиться локально, и карта Одессы напоминает лоскутное одеяло: там – жилой комплекс, тут – многоэтажный дом, где-то еще – новый рынок и так далее. Задачи и решения Основная проблема города – отсутствие свободной территории для развития застройки. Выход из данного положения - максимальное использование имеющихся ресурсов, реконструкция таких районов, как Молдаванка, центральной промышленной зоны, Заставы и Черемушек. Перспективно и такое направление, как упорядочение промышленных территорий, реконструкция и модернизация промышленных узлов. Предполагается также использовать под застройку поля орошения и склоны Жеваховой горы. Но поля орошения (точнее, поля фильтрации) находятся в опасной зоне – в непосредственной близости к нефтеперерабатывающему заводу, поэтому освоение этой территории находится под вопросом. В перспективный план входит также реформирование транспортной сети. Предполагается перераспределить основной поток общественного транспорта таким образом, чтобы он соединял районы жилмассива Таирова и Котовского транзитом через центр города: исторический центр стал транзитом для пассажирских перевозок направления Север - Юг. Здесь выходит на первый план поиск современных оптимальных видов транспорта (например, надземное метро). В проекте также идет речь и о строительстве северной объездной дороги от Пересыпи через Ближние Мельницы, улицы 25-й Чапаевской дивизии с выходом на улицу Королева, а также возможном запуске скоростного трамвая. Необходимо также упорядочить места отстоев крупногабаритного транспорта и продолжить строительство объездной дороги. Где же куратор? Директор архитектурного института ОГАСА, профессор Валерий Павлович Уренев полагает, что реализация нового генплана практически невозможна без работы Одесского Гипрограда, когда-то утратившего присущие ему функции. «Одесский «Гипроград» курировал всю систему застройки, и, в конечном итоге, мы получали нужные результаты. Сегодня мы уже имеем массу «ляпов» в историческом центре (все это видят), на Молдаванке. У нас очень много претензий к застройке приморских территорий, нашей курортной зоны, потому что всегда, по большому счету, большое и настоящее в архитектуре начинается с градостроительных решений задач от общего к частному – потом уже решаются какие-то небольшие проблемы». Сейчас поднимается вопрос о создании муниципального НИИ архитектурных исследований и проектирования на базе Строительной академии. Прогнозируется, что это будет тот муниципальный центр исследований, который сможет решать задачи городского строительства, руководствуясь перспективами развития Одессы. Это, считает профессор Уренев, даст возможность удовлетворять нужды всего города, а не только тех, кто заинтересован в сиюминутном заработке, оставив «по боку» инфраструктуру города. «Почему в развитии города самое минимальное участие принимают самые заинтересованные лица – архитекторы, инженеры-строители? Протесты по неправомерной застройке идут снизу – от пенсионеров, ветеранов, инвалидов – только не от специалистов. Торговый центр на Дерибасовской, может быть, сам по себе и неплохой, но там ему не место. Существует масштаб застройки, как и масштаб элементов застройки. Все равно в историческом центре будут появляться новые здания, но какие, какого уровня и качества? Каждое архитектурное сооружение должно проходить специальные контролирующие инстанции, но все знают, как у нас проходят эти инстанции. Сейчас начинаются расследования, и выясняется, что где-то не отчуждена земля, где-то не было даже получено разрешение на строительство. И вот с этим также нужно бороться, помимо всего прочего. Вся трагедия в том, что у нас сейчас слишком безмолвствует наша архитектурная общественность, и нет пока той муниципальной структуры, которая в состоянии научно обосновать свое отношение к любой архитектурной проблеме». Фрагменты частностей Маленький, всего на пять квартир, домик ожидает своего сноса почти тридцать лет. Что характерно: находится он вовсе не на Молдаванке и не на Слободке, а в самом центре Большого Фонтана, на развилке тенистых дачных улиц. Странным образом этот дом оказывался бельмом на глазу у всех городских властей. Ну, просто всем мешал. Еще и требовал повышенной заботы, потому что с самого начала был временным, а о постоянстве временного мы знаем. Но из-за неясного своего положения и по прихоти инженерных коммунальных служб дом был «посажен» на выгребную яму, начисто лишен отопления и газопровода. И вот, спустя четверть века со дня постройки, перед жильцами забрезжил луч надежды. Дом решили газифицировать, а заодно подключить к центральному отоплению и канализации. Но счастье было быстротечным. Город сказал: «Стоп!», поскольку в 1987 году был утвержден новый генплан развития Одессы на срок до 2005 года. Жильцам буквально было сказано: «Граждане, собирайте чемоданы, потому что на месте вашего домика будет большая троллейбусная развилка, а вы поедете на поселок Котовского. Ну, может быть, на Таирова». И остались они без газа, а равно без центрального отопления и канализации. А генплан был реализован даже частично, так как вскоре всем стало не до него. Одесса оказалась в составе Украины, Украина перешла в новое политическое и экономическое пространство, а жильцы маленького домика, по-прежнему стоящего на развилке тенистых дачных улиц, с неизменным постоянством вызывают служебную машину для откачки фекальных вод. «Сметается могучим ураганом…» …Все происходит стихийно: где общая структура застройки, этажность, где жилые здания, а где общественные? Здания общественного назначения, магазины, центры бытового обслуживания возникают просто в любых местах, а в результате мы имеем три аптеки на квартал в одном месте, и одну аптеку на три улицы – в другом. «Раньше у нас была «градовская» система размещения объектов культурно-бытового обслуживания. Были объекты первичного обслуживания, периодического и эпизодического, - они были в радиусе доступности пешеходного и транспортного потока. Сегодня ничего этого нет. Раньше была четкая система инфраструктуры, теперь же она нарушена. Поломать-то – поломали, а создать новое – не создали». Стихийность может привести к очень неприятным последствиям. Когда люди в знак протеста выходят на улицы – это крик души, последняя инстанция, на самом же деле в цивилизованных странах контроль над строительством осуществляет только государство. Центральная задача – «старый город», уникальный архитектурный ансамбль. Во-первых, нужно сохранить город, во-вторых – не потерять больше ничего ценного, а, в-третьих, строить, наконец-то, достойные дома. Пока же мы не в состоянии остановить процесс разрушения. Перечень памятников архитектуры нуждается в уточнении, так как в свое время для создания управления охраны культурного наследия нужно было довести их количество до уровня, который позволял бы создать это управление. Сегодня нужен новый реестр памятников, достойных сохранения, реконструкции и реставрации. К сожалению, мы забыли и такое понятие, как восстановление утерянных памятников архитектуры, построенных в свое время известными зодчими. Это тоже было бы достойным вкладом в восстановление утраченного облика нашего города. «Нам нужно подумать и о том, — говорит В.П. Уренев, — как застраивать территории, которые отведены для развития города, и в первую очередь - приморские, определяющие его морской фасад. Отвод таких территорий под строительство жилых домов — это разбазаривание уникальной части города, которая должна использоваться в интересах всех горожан. Если бы у нас была налажена информация для населения о перспективах застройки не только курортной зоны и центра города, но и прилегающих к нему территорий и пригородных районов, то, при выборе места проживания, отношение изменилось бы в пользу последних». Предложения Председатель правления Союза одесских архитекторов, В.И. Мироненко: «В Генплане 1994 года повторяются те же самые позиции, что и в новом Генеральном плане: освоение Живаховой Горы, полей орошения, но была еще застройка аэропортовской территории и вынос аэропорта за город. Живахова гора у нас осталась, так же как и поля орошения. Что хорошего в заболоченных земелях, где, говорят, еще и водится занесенная в «Красную книгу» выхохуль? В свое время я предлагал разместить на полях фильтрации не жилое образование, а новый аэропорт. Взлетная полоса как раз укладывается в пределах от моря до лимана, т.е. она не накрывает жилые кварталы, Живахову гору или Слободку. Сравните взлетную полосу или 30-этажный дом, под который нужен усиленный фундамент. Конструкция полосы – это вопрос специальный, я не могу на него сейчас на него ответить, но важно то, что в этом случае аэропорт находился бы где-то в акватории лимана или моря и не затрагивал бы интересы города. Также он был в непосредственной доступности от Котовского, от центра города – 10 минут, с Юго-Западного массива – 20-30 минут. А взлет и разворот был бы над акваторией, не над центром города. Размещение аэропорта на полях фильтрации и освобождение территории старого аэропорта для строительства жилья, с моей точки зрения, было бы значительно лучшим вариантом. Данный план находится на стадии разработки, и, по всей вероятности, он опять застрянет в связи с новыми веяниями по поводу регионального статуса города. Это удачная идея - сделать в Одессе крупный международный аэропорт, так как ни один город, кроме нашего, не имеет такого удачного месторасположения между Европой и Азией (дозаправочные, допасадочные функции). Если учитывать, что Одесса приобретает статус черноморского курортного центра, она могла бы стать еще и деловым центром. Многие инвесторы, в том числе и российские, вполне могли бы вложить в такой проект деньги. Это не такие уж фантазии - сделать намывной остров в Лузановке (там пятиметровые глубины), устроить огромные развлекательные комплексы, и снять проблему с перенаселением всем этим Аркадии. Проект острова в Лузановке был предложен довольно давно, и киевский «Гипроград» его учел. Почему бы ни сделать там один из центров мирового игорного бизнеса? Это огромные доходы, новые рабочие места. Причем в этом районе нет оползневой опасности. Мы бы сделали касательно к нему от центра города до Котовского прямую магистраль, и не ездили бы по этим закоулкам. Эта идея уже давно витала, но не находила применения. Такая курортная зона, как, например, на Фонтане уже изжила себя. Как может функционировать курортная, развлекательная зона при дикой загрузке транспорта на подъездах? Нормальный развлекательный комплекс, он тут же обрастет деловыми центрами, и наши проблемы будут решаться деловыми симпозиумами – а это лучше, чем производство станков на заводской территории Пересыпи. Сегодня половина Пересыпи стоит, а за ней – морское побережье, совершенно невостребованное». Еще о частностях Будет ли развитие градостроительное развитие нашего города планомерным или спонтанным, в первую очередь следует помнить, что все эти глобальные действия предпринимаются для жителя Одессы – обычного одессита. Он живет в полуразрушенной квартире, стонет от отсутствия воды, кашляет от выхлопных газов и калечит машину на ухабах. И ждет перемен. Надеемся, что к лучшему.
|
||||
