Контрабандисты

 

По рыбам, по звездам

Проносит шаланду:

Три грека в Одессу

Везут контрабанду.

На правом борту,

Что над пропастью вырос:

Янаки, Ставраки,

Папа Сатырос.

А ветер как гикнет,

Как мимо просвищет,

Как двинет барашком

Под звонкое днище,

Чтоб гвозди звенели,

Чтоб мачта гудела:

"Доброе дело!

Хорошее дело!"

Чтоб звезды обрызгали

Груду наживы:

Коньяк, чулки

И презервативы...

 

Ай, греческий парус!

Ай, Черное море!

Ай, Черное море!..

Вор на воре!..

 

...................................

 

Двенадцатый час -

Осторожное время.

Три пограничника,

Ветер и темень.

Три пограничника,

Шестеро глаз -

Шестеро глаз

Да моторный баркас...

Три пограничника!

Вор на дозоре!

Бросьте баркас

В басурманское море,

Чтобы вода

Под кормой загудела:

"Доброе дело!

Хорошее дело!"

Чтобы по трубам,

В ребра и винт,

Виттовой пляской

Двинул бензин.

 

Ай, звездная полночь!

Ай, Черное море!

Ай, Черное море!..

Вор на воре...

 

................................

 

Вот так бы и мне

В налетающей тьме

Усы раздувать,

Развалясь на корме,

Да видеть звезду

Над бушпритом склоненным,

Да голос ломать

Черноморским жаргоном,

Да слушать сквозь ветер,

Холодный и горький,

Мотора дозорного

Скороговорки!

Иль правильней, может,

Сжимая наган,

За вором следить,

Уходящим в туман...

Да ветер почуять,

Скользящий по жилам,

Вослед парусам,

Что летят по светилам...

И вдруг неожиданно

Встретить во тьме

Усатого грека

На черной корме...

 

Так бей же по жилам,

Кидайся в края,

Бездомная молодость,

Ярость моя!

Чтоб звездами сыпалась

Кровь человечья,

Чтоб выстрелом рваться

Вселенной навстречу,

Чтоб волн запевал

Оголтелый народ,

Чтоб злобная песня

Коверкала рот, -

И петь, задыхаясь,

На страшном просторе:

"Ай, Черное море!

Хорошее море!.."

1927

Арбуз

Свежак надрывается. Прет на рожон

Азовского моря корыто.

Арбуз на арбузе - и трюм нагружен,

Арбузами пристань покрыта.

 

Не пить первача в дорассветную стыдь,

На скучном зевать карауле,

Три дня и три ночи придется проплыть -

И мы паруса развернули...

 

В густой бородач ударяет бурун,

Чтоб брызгами вдрызг разлететься;

Я выберу звонкий, как бубен, кавун -

И ножиком вырежу сердце...

 

Пустынное солнце садится в рассол,

И выпихнут месяц волнами...

Свежак задувает!

Наотмашь!

Пошел!

Дубок, шевели парусами!

 

Густыми барашками море полно,

И трутся арбузы, и в трюме темно...

В два пальца, по-боцмански, ветер свистит,

И тучи сколочены плотно.

И ерзает руль, и обшивка трещит,

И забраны в рифы полотна.

 

Сквозь волны - навылет!

Сквозь дождь - наугад!

В свистящем гонимые мыле,

Мы рыщем на ощупь...

Навзрыд и не в лад

Храпят полотняные крылья.

 

Мы втянуты в дикую карусель.

И море топочет как рынок,

На мель нас кидает,

Нас гонит на мель

Последняя наша путина!

 

Козлами кудлатыми море полно,

И трутся арбузы, и в трюме темно...

 

Я песни последней еще не сложил,

А смертную чую прохладу...

Я в карты играл, я бродягою жил,

И море приносит награду, -

Мне жизни веселой теперь не сберечь -

И руль оторвало, и в кузове течь!..

 

Пустынное солнце над морем встает,

Чтоб воздуху таять и греться;

Не видно дубка, и по волнам плывет

Кавун с нарисованным сердцем...

В густой бородач ударяет бурун,

Скумбрийная стая играет,

Низовый на зыби качает кавун -

И к берегу он подплывает...

Конец путешествию здесь он найдет,

Окончены ветер и качка, -

Кавун с нарисованным сердцем берет

Любимая мною казачка...

 

И некому здесь надоумить ее,

Что в руки взяла она сердце мое!..

1924, 1928

Скумбрия

Улов окончен. Баламутом сбита

В серебряную груду скумбрия.

Шаланда легкой осыпью покрыта,

И на рубахе стынет чешуя.

Из лозняка плетеные корзины

Скумбриями набиты до краев.

Прохладной сталью отливают спины,

И сталь сквозит в отливах плавников.

Мы море видели, мы ветры знаем,

Мы верим в руку, что вертит рулем,

С веселой песней в море отплываем

И с песнею через валы плывем.

За нами порт и говорливый город,

Платаны и акации в цвету,

Здесь ветры нам распахивают ворот

И парус надувают на лету.

Низовый дует - и звенит у мола

Волна - мартын ныряет и кричит,

Кренит шаланда, и скрипит шпринтола,

И кливер, понатужившись, трещит.

Мы начинаем дружную работу,

На смуглых лбах соленый тает пот.

Мы слышим крик: готовься к повороту!

И паруса полощут - поворот!

Нам бьет в лицо пропахший солью ветер,

Качает нас соленая струя,

В сырую тьму мы высыпаем сети,

И в сети путается скумбрия.

Потом назад дорогою веселой,

Густая пена за рулем бежит.

Кренит шаланда, и скрипит шпринтола,

И кливер, понатужившись, трещит.

1924